Kali-godnessКали (санскр, «чёрная») — темная и яростная аватара Парвати, темная Шакти и разрушительный аспект Шивы. Богиня-мать, символ разрушения. Кали разрушает невежество, поддерживает мировой порядок, благословляет и освобождает тех, кто стремится познать Бога. В Ведах ее имя связано с Агни, богом огня.

«Калика-Пурана» гласит: «Кали — освободительница, защищающая тех, кто ее знает. Она ужасная Разрушительница времени, темная Шакти Шивы. Она есть эфир, воздух, огонь, вода и земля. Через нее удовлетворяются все физические желания Шивы. Ей ведомы 64 искусства, она дарит радость Богу-Творцу. Она — чистая трансцендентальная Шакти, полная тьма».

В Индийской мифологии описывается время, когда злые силы сражались с добрыми, причем сражения эти происходили довольно активно, т.е. с тысячами жертв, пострадавшими и с той, и с другой стороны. Об этом повествует книжка Деви Махатмья .

В этом трактате описывается Богиня (Деви). Богиня в Индуизме это Шакти, Сила и Желание Бога Всемогущего. Именно Она, согласно Индуизму, и разрушает все зло в мире. Ее называют по-разному, отражая Ее многогранность — Махамайя, Кали, Дурга, Деви, Лолита… Встречается даже имя Аллах.

У Нее множество имен, известен трактат 1000 имен Лолиты Шри Шанкарачарьи, где он описывает Ее в тысяче имен, первое из которых — Священная Мать, которая дает не только все хорошее, что любящая Мать дает своему ребенку, но также высочайшее знание, знание Божественных вибраций тем, кто поклоняется Ей . Шри Нишчинта (Лишенная беспокойства), Шри Нихсамшайя (Неимеющая сомнений), Шри Ракшакари (Спасительница), Шри Парамешвари (Основной правитель), Шри Ади Шактихи (Первичная Сила, Святой Дух), Вишва-Гарбха (Вся вселенная заключена в Ней) — такими именами Шанкарачарья характеризует Силу и Волю Бога Всемогущего.

 

О Кали в священных писаниях

Шанкарачарья и Деви Махатмья описывают Разрушительную силу Богини. В любой монотеистической религии говорится, что Бог Всемогущий управляет как добром, так и злом. Иначе Он не был бы Всемогущим. Так что везде описывается и Гнев Бога Всемогущего, гнев ужасающий силы. Можно вспомнить и описание Страшного суда в Коране, и описание Апокалипсиса в Библии — везде говорится о страшных наказаниях, которые обрушивает Бог на тех, кто следовал путям зла. Исключением не стал и трактат Деви Махатмья : Кали — один из разрушительных аспектов Богини, описывается в седьмой главе:


2. Получив такой приказ (уничтожить Богиню), даитьи (злые силы) во главе с Чандой и Мундой, воздев оружие, выступили армией четырех родов (войск).

3. И на золотой вершине высокой горы они увидели Деви, с легкой улыбкой восседавшую на льве.

4. И увидев Ту (Деви), одни направились пленить Ее, а другие подошли к Ней, вытащив мечи и натянув луки.

5. Тогда в Амбике проснулся страшный гнев на врагов, в ярости Ее лик стал черным как смоль.

6. А из Ее высокого лба с нахмуренными в гневе бровями вдруг вышла Кали — страшноликая, несущая меч и аркан,

7. — Держащая дивный венчанный черепом посох, украшенная гирляндой черепов, облаченная в шкуру тигра, повергающая в трепет видом (Своей) истощенной плоти,

8. С широко открытым ртом, страшно шевелящимся языком, с глубоко запавшими алыми глазами, оглашавшая ревом стороны света.

9. И стремглав обрушившись на великих асуров, убивая и пожирая воинства врагов небожителей,

10. Она одной рукой хватала слонов с их охраной, погонщиками, воинами, колоколами, и бросала их Себе в рот…

15. Иных убивал Ее меч, иных поражал удар венчанного черепом посоха; иные асуры встретили смерть, растерзанные Ее острыми клыками.

16. Во мгновение ока погибло все войско асуров, и видя это, Чанда (демон) бросился к несказанно страшной Кали.

17. Ужасным ливнем стрел тот великий асур, а также Мунда (демон) — тысячью брошенных дисков, накрыли (богиню) повергающего в трепет облика.

18. Но влетая Ей в рот, те бесчисленные диски казались Дисками многих солнц, исчезающими в глубине облака.

19. И страшно взревев, Кали грозно рассмеялась в великой ярости, — повергающие в дрожь клыки блистали в Ее ужасной пасти.

20. Тут восседавшая на великом льве Богиня устремилась к Чанде и, ухватив за волосы, мечом отсекла ему голову.

21. И видя гибель Чанды, Мунда сам кинулся (к Богине), но был повергнут наземь свирепым ударом Ее меча.

22. При виде смерти Чанды и великого в доблести Мунды остатки войск в страхе бросились во все стороны.

23. И подхватив голову Чанды, а также Мунды, Кали приблизилась к Чандике и сказала, чередуя слова с неистовым смехом:

24. Я принесла Тебе Чанду и Мунду, двух великих животных на жертвоприношении-битве, а Шумбху с Нишумбхой (других 2 демонов) Ты убьешь Сама!

 

Энергетический канал «Кали» (традиция тантры)

Энергетический канал богини Кали рекомендуется всем женщинам для повышения личной сексуальности, притягательности, исполнения желаний. Канал прекрасно подходит всем, кто желает заручиться защитой от злых сил, очистить свою душу, обрести недвойственное понимание вещей. Мужчинам энергия Кали поможет высвободить свою скрытую сексуальность, привлекать женщин, понять свои настоящие желания, очистить тяжелую личную судьбу.

  • Дает большой энергетический заряд. Тело начинает ощущать как снизу течет теплая, охватывающая энергия.
  • Раскрывает энергетические центры, особенно такие центры как Свадхистана-чакра (сексуальная чакра), сердечный центрАджна-чакра (чакра духовного развития и видения);
  • Возникает полная уверенность в себе и своих силах, уверенность действовать без обдумываний, анализа и сомнений.
  • Помогает привлечь сексуального партнера или любимого человека для отношений. Канал Кали дает развитие сексуальности и притягательности, противоположный пол будет тянуть к вам;
  • Приобретается власть над собой, жизненными обстоятельствами и людьми, а также представителями противоположного пола.
  • Исцеляет многие патологии сексуальной сферы как у мужчин, так и у женщин; восстанавливает функции и структуру репродуктивных органов.
  • Способствует зарабатыванию, привлечению и общему управлению деньгами, денежной энергии. Финансы относятся к материальной сфере и «любят» уверенность, что и дает энергия Кали всем ее практикующим.
  • Защищает от врагов, злых духов и демонов. Используется для уничтожения зла, разрушающей энергии. Хорошо применяется в целях очищения пространства, вещей, чакр, других людей.

Энергия Кали одна из тех, что помогает переработать отрицательную карму человека, хотя этот процесс и может быть не совсем приятным. Однако, пройдя его, можно ощутить себя совсем по-иному: очищенным, свежим, помолодевшим. Все тяжелые структуры сгорают в ее энергиях, чтобы освободить место для нового. Не зря считается, что богиня Кали дарует просветление и Освобождение от всех страданий.

Ощущения от работы с каналом: в районе первых 2-х чакр чувствуются мощные энергетические приливы, приятные ощущения в области груди, состояние распирания, тепла, ощущение божественности.

Подключение энергии происходит по технологии «Универсальной космоэнергетики». Канал дается навсегда.

 

Мифы о Богине Кали

Священные воды Ганга плавно текут по безмятежному небу и стекают на землю, чтобы дать возможность несчастным грешникам омыть тело и очистить душу. Когда богам седой таинственной Индии наскучивают небесные дрязги, они спускаются сюда, к нам на землю, собираются на зеленой жемчужной поляне, чтобы трепетно почтить Праматерь земли богиню Кали.

Сегодня, в этот час и на этой поляне, боги умиротворены и покойны, хотя все знают, какими они могут быть беспощадными, мстительными, невыносимыми. Страх и трепет, и глубочайшее уважение, да и просто любовь к Матери лишают их сегодня всех дурных привычек — этой постоянной борьбы за власть, за первенство, за обладание. Уж кому, как не им, знать, что черная, словно из эбенового дерева, Кали, если ее рассердить, может пребольно отшлепать, а то и разорвать в ярости.

Среди манговых деревьев, собрались боги, среди цветущих магнолий, на зеленой нежной траве. Вот к самой воде неслышно ступила Майя, богиня иллюзии, в прозрачных струящихся покрывалах, и вся она трепещет, и нельзя уловить ее лика.

Сам Брахма, владыка сущего, сидит в позе покоя, уставив в небо все свои четыре красных лика, и восемь рук его опущены вдоль тела; с величайшей горы Меру прилетел он сюда верхом на лебеде, чтобы поклониться Кали.

А темнокожий силач Кришна, победитель злых демонов, прислонился к дереву, ласково щурится солнцу, и легкий ветерок играет завитком счастливого теленка на его могучей груди. Спокоен, даже тих сегодня убойный, разрушительный Шива. Ясна и величественна Сарасвати, жена Брахмы, богиня речи, хозяйка наук и искусств. Их десятки здесь, их здесь сотни — богов и богинь Индии. Одни белые, как грудь лебедя, другие красные, будто пахали от зари до зари под летним яростным солнцем, а третьи и вовсе черные, как уголь, — и все они держат в гармонии мир и судьбу народов.

Вот и Кали вышла из храма своего, чтобы достойно принять почтительные восторги. Грозно, тяжеловато ступает она по земле, так что слегка сотрясаются горы, однако ж трава приминается, но не гибнет. Вступает в круг богов Матерь не одна, сопровождает ее прекрасная, нежнейшая Ума, и рядом с ее прелестью еще более нестерпимой кажется свирепость Матери. Одна бесподобно хороша, другая так же без подобия ужасна.

Пока боги почтительно склонились перед Кали и ее спутницей, давайте-ка понаблюдаем за двумя этими женщинами, героинями дня.

«Молодая девушка стояла на укромном месте воссоединения, собираясь приступить к благочестивому обряду. Она оставила на ступенях спуска свое сари и стояла совсем нагая, одетая только в ожерелья, серьги с качающимися подвесками да белую повязку на высоко подобранных пышных волосах. Ослепительна была прелесть ее тела. Все оно, казалось, состояло из обольщений Майи и было обворожительного цвета, не слишком темное, но и не слишком светлого оттенка, скорее напоминавшее позолоченную медь, дивное, со сладостно хрупкими плечами ребенка и упоительно выпуклыми бедрами, от которых как бы раздался в ширину ее плоский живот, с девическими налитыми бутонами грудей и пышным выпуклым задом, сужавшимся кверху и стройно переходившим в нежную узкую спину, чуть вогнувшуюся, когда она подняла свои руки-лианы и сомкнула их на затылке так, что стали видны темнеющие впадинки подмышек. Не только ее тело, но и лицо меж качающихся подвесок было прелестно. Носик, губы, брови и удлиненные, словно лепесток лотоса, глаза…» Хороша Ума, хороша; когда она вселяется в тело смертной, она становится именно такой.

А вот и сама Кали, Божественная, тоже ведь женщина. Но давайте зайдем в ее храм, бросим испуганный взгляд на ее изображение.

«Ужас вселяло изваяние Кали. Из-под каменного свода арки, повитой гирляндами черепов и отрубленных рук, выступал истукан, раскрашенный красками, опоясанный и увенчанный костями и членами живых существ, в неистовом вращении своих восемнадцати рук. Мечами и факелами размахивала Матерь, кровь дымилась в черепе, который, как чашу, подносила к устам одна из ее рук, кровь у ног ее разливалась рекой. Кали, наводящая ужас, стояла в челне, плывшем по морю жизни, по кровавому морю. Звериные головы с открытыми остеклевшими глазами, штук пять или шесть голов буйвола, свиньи и козы были пирамидой сложены на алтаре, и ее меч, их отсекший, острый, блестящий, хотя и в пятнах запекшейся крови, лежал чуть поодаль, на каменных плитах. Свирепый, пучеглазый лик Несущей смерть и Дарящей жизнь, бешеное, вихревое движение ее рук…»

Кажется, встретились они на этой поляне случайно, что совершенно разным народам покровительствуют они, так они несхожи, так противоположны, так несоединимы в одном сознании.

Но что это? Боги складывают дары к могучим, толстым, в пыли и цыпках, ногам Кали, но не забывают и нежную Уму, будто у той тоже праздник. И Кали, гордая и страшная, не сводит в гневе и ревности свои густые мрачные брови… Наоборот! Длинный ее язык подбирается, и губы растягиваются в нечто, похожее на улыбку. И вот, кажется, начинаются очередные обольщения Майи: будто воды Ганга начинают испаряться, и во влажном зное, в струящемся мареве видится нечто невообразимое и несообразное: нежная Ума и свирепая Кали сближаются, как бы проникают друг в друга, и вот уже нет Умы, а есть только одна Кали; и вот уже нет Кали, а в мире сияет одна нежнейшая Ума…

Да что же это с глазами нашими?! Уж не наслала ли Кали морок на нас, чтобы сбить с толку, запутать, завертеть, завихрить, и бешеное колесо рук Свирепой переходит в лебединые ритмы танца Умы…

А чтобы разобраться во всех этих непонятностях, надобно знать, за что же все-таки боги чествуют темную Матерь Кали.

Дело в том, что Мать всех миров и созданий уже дважды спасала мир и порядок. В седые времена асуры, злые демоны, враги людей и богов, нашли себе беспощадного вождя Махишу с головой буйвола и в жесточайшей битве, длившейся сто лет без передышки, победили богов. И хоть во главе богов стоял сам величайший Индра, все равно они были наголову разбиты и вышвырнуты с небес. Тогда, кстати, боги и узнали, каково жить людям, ибо они скитались по земле, подобно простым смертным, и так же трудно добывали себе хлеб насущный. Громоподобный злодей Махиша гоготал над ними, воцарившись на небе.

Боги же исходили в бессильном гневе, их уста изрыгали языки пламени, отдельные вспышки соединились в огромное огненное облако — это было облако гнева и жажды мщения, повисшее над Вселенной. Оно становилось все более плотным, оно тяжелело, оно обретало формы, и вдруг оно исчезло, и из него появилась она, Кали, женщина мщения. Пламя Шивы стало ее лицом. Бог смерти Яма превратился в ее волосы. Владыка солнца создал ее руки. Бог луны — ее грудь. Сила громовержца укрепила ее поясницу. Грозный судья своим пламенем укрепил ее ноги. Богиня земли вселилась в ее бедра. В пятках ее жил бог солнца. В зубах — верховный бог Брахма. В глазах — бог огня, В бровях — братья-близнецы, владыки утренних и вечерних сумерек. В носу владыка богатств и повелитель горных духов. В ушах — быстроногий бог ветра.

Разгромленные боги отдали Кали все свое волшебное оружие, и сейчас в ее руках были и трезубец, и боевой диск, и копье, и жезл, и лучи, и топор, и боги думали, что у нее не хватит рук. чтобы взять все оружие, но на все, на все хватило рук Извечной матери! Она плотно уселась на свирепого горного льва, приструнила его, а напоследок прихватила еще чашу с вином — и поехала воевать.

Кали издала рык не рык, клич не клич, вопль не вопль, а только горы зашатались и земля задрожала, и лев понес ее в битву.

Но и Махиша был силен, и войско его было несметно, тысячи тысяч, и все враз, скопом накинулись на Кали, на Калиюгу, как она теперь звала себя. Кони и всадники, колесницы и лучники, слоны и тараны, — всё обрушилось на нее, и на каждую ее руку пришелся то меч, то топор, то палица, то стрела. Матушка вынесла первый удар и пришпорила льва. Тот и сам был сгустком пламени, он кусался и жег, топтал и рвал, сметал гривой и сбивал лапой. А хозяйка, невозмутимо восседавшая на нем, выдохнула так, будто гасила пламя свечи, и из ее дыхания возникли тысячи воинов, ее помощников.

И тут началось! Колесо ее рук вращалось с такой бешеной скоростью, что демоны и разобраться-то не могли, какая рука кого пронзила копьем, кого удушила петлей, а кого швырнула в пасть льва, на дымящиеся крутые клыки. И всюду, где проносилась Матерь, лились потоки вражеской, демонской крови.

Махиша, однако ж, в бой еще не вступал; все думал, что его дружина справится и без него. Но тут понял: плохо дело, и заревел, и забил копытами, и завертел хвостом, и промчался по полю, все выжигая на своем пути. Смотрите, какая в нем была сила: ударит хвостом по океану — и тот в страхе выплескивается на берег; вскинет буйволиную морду — и рога разрывают тучи; заревет — и превращаются в песок неприступные горы.

А богиня поплевала на ладони да и набросила на Махишу волшебную петлю, и тут началась чехарда. Все-таки Махиша был не только ужасен, но и умел: превратился в льва и выскользнул из петли. Но и Матерь в ратном деле была не только ужасной, но и терпеливой: взмахнула она мечом времени и отсекла животному голову. Но за какую-то долю секунды до полной гибели Махиша успел превратиться в человека — и его сразила Кали, а человек стал слоном, а слон буйволом. Матерь была упорна — рубила хоботы, вырывала рога, а когда ей опротивели бесконечные превращения Махиши, она глотнула из кубка вина и расхохоталась сумасшедше. глаза ее разгорелись шалым блеском; между раскатами громового хохота она еще крикнула Махише: «Реви, безумный, пока я пью вино!» — и подпрыгнула, как ведьма, и сверху обрушилась на демона, и придавила, продолжая хохотать, так что тому, раздавленному, ни во что больше превратиться не удалось. Кали пустила в ход копье, поджидая последней уловки демона. Тот хотел было выскочить из собственной мерзкой пасти, но Матерь мира была наготове и быстро отсекла ему голову.

Что же тут было! И песни, и пляски, и слезы радости. Боги преклонились перед Извечной матерью, а та — усталая, окровавленная и добродушная теперь, после столь тяжкой победы, сказала богам:

— Всякий раз, когда вам будет грозить опасность и большая беда, о небожители, взывайте ко мне, и я приду вам на помощь.

А сказав это, скрылась в своих недоступных храмах, чтобы зализать раны и чтобы не разнеживаться в похмелье победы и быть в постоянной боевой готовности.

Так как же ей не быть грозной и страшной, этой Святой матери, если злые демоны, пользуясь беспечностью богов, то и дело грозят уничтожить миропорядок? Как же ей не быть оскаленной с длинным красным языком, если иногда и секунды нет на размышление и в бой вступать надо, что называется, с ходу… Матерь всего сущего, она за все в ответе, и ей-то лучше знать, в каком обличии встречать врага. Заметьте, между прочим: в страшном своем обличий она появилась только на поле боя, а после драки исчезла, и как она в мирное время выглядит — никто и не задумывался. Да и забыли, честно сказать, о ней. Не нужна стала.

Только спаленные солнцем крестьянки южной Индии и помнили о ней, пробирались по непролазным чащам, приходили в недоступные храмы Матери и приносили ей жертвоприношения: козленка, плодов разных, вина немного. Они-то, крестьянки эти, знали, кто спас их, кто спасет их всегда, кто не даст погибнуть в жуткий час. Новые боги нарождались, славу им пели, забываться стала Великая матерь. Мир на земле. Цветы, птички. Кама — бог любви резвится, постреливая из волшебного лука во все стороны, и жертвы его счастливы. Беспечность от края до края.

Но демоны разве дремлют? Силой новой и неодолимой налились братья Шумбха и Нишумбха, такой силой, что и Махиша бы позавидовал.

И началась новая война богов и демонов. В горах укрылись разбитые боги, там, где с неба падает священный Ганг и начинает свою земную жизнь. Больше прятаться негде. Конец. Тут-то и вспомнили Матерь сущего.

— Защити Вселенную, о Великая богиня! Защити, о Кали, непостижимая даже для богов!

Ждали боги, ждали, дождаться не могли — и опешили. Из дремучих лесов, из глухих пещер должна была появиться свирепая Матерь, а возле вод Ганга явилась нежная Ума, столь же прекрасная, сколь и беззащитная. Опечалились боги: не та женщина нужна им сейчас.

И вот тут-то и случилось чудо из чудес. Тело прекрасной Умы как бы раздвоилось, расслоилось: она, нежная и прекрасная, осталась тут же, но рядом с ней, из нее возникла Неотвратимая матерь, наша знакомая Кали. Возникла и сказала:

— Это меня славят и призывают боги, которых опять теснят демоны. Меня, великую Кали, призывают они. Меня, гневную и беспощадную воительницу. Но знайте, мой дух заключен, как второе я, в тело нежной Умы. Суровая Кали и прелестная Ума, мы два начала единого, два лика Великой богини…

Кто небрежно отзовется обо мне, свирепой Кали, от того отвернется Ума; кто оскорбит Уму, будет иметь дело со мной, Свирепой…

Вот же, оказывается, какая штука, какое чудо! Пока один лик Великой матери жил в труднодоступных храмах, тренируя свой дух для беспощадной борьбы со злом, другой ее лик жил в ясности и неге, в красоте и мягкости, в ласках и обаянии. Ах, Ума, Ума, да знала ли ты сама, что прячешь в себе, что скрываешь?

Кали такая черная — как гнев, как ярость, как испеченное солнцем лицо старой крестьянки, а ты такая белая, такая нежная. Кали одета в шкуру пантеры, и на шее ее ожерелье из черепов, а ты. нежнейшая, ходишь в белоснежных сари и сандалиях из цветочной пыльцы, на ногах твоих серебряно звучат колокольчики, и от твоего голоса выпрямляются лилии в прудах — что общего между вами? Ты — жизнь, она — смерть. Ты — радость, она — ужас. А еще сплетничают, что в конце веков Кали опутает мир тьмой и уничтожит его. А ты, Ума, ты вся для жизни, для любви.

И вновь победила Кали, спасла мир от гибели. Не помогли никакие уловки Шумбхи, а ведь он умолял Кали стать его женой.

Ну, а после боя — что ж, опять в темные леса. Опять один ее лик пугает поклонниц, пришедших с жертвоприношениями, зато другой ее лик нежится в любви.

Есть и у нее, когда она Ума, свои слабости, есть.

Нежна она и заботлива, спору нет, но не очень-то любит заниматься домашним хозяйством. Не то чтобы неряха, но не лежит к быту душа. Все, конечно, сделает, но без любви. Ну не ее это дело. И опять забывают о ней боги до следующего огромного горя.

Но ежечасно помнят о ней, даже сами не зная об этом, каждый жених и каждая невеста. Получает жених невесту из рук родителей и говорит:

— Я воспринял ее! Это я, это ты, я — небо, ты — земля, я — лад песни, ты — ее слово, вместе пройдем одной дорогой.

Ничего вроде бы необычного, но если знать, что эти слова не молодые сами придумали, и даже не старые старики, а что сложила их Кали, то как-то по-другому к ней относишься. Она — Свирепая, и вдруг — такое? Да разве только это?! Несущая смерть, она, оказывается, руководит всеми шалостями бога любви Камы, и без ее ведома ни одна его стрела не попадет в цель. Вот так Свирепая…

Она же — средоточие всей любви, разлитой в мире. Она — любовь плотская, грубая, как схватка деревенских драчунов, и она же — бесконечная Материнская любовь, она — сострадание и надежда, потому к ней и приходят как к Матери-заступнице, слегка вздрагивая от всех этих черепов и костей — а что делать? — не мы и даже не боги придумали этот мир, и в нем надо не только родиться, но и выжить, и жить, а для этого надо защищаться и защищать все, что ты любишь, а Темная матерь любит все живое и терпеть не может всякую демоническую сволочь.

Сила всех мужских богов — от нее, от Матери мира. Пусть сколько угодно будет почитателей у Шивы, но без Кали у Шивы не достанет сил даже для того, чтобы пошевелиться. Если бы Кали на один миг закрыла глаза, Земля бы рухнула. Да что там Земля! — весь космос, со всеми богами и дьяволами. Вот тут и повертись, поживи-ка, веки не сомкнув ни на миг!

Устает, конечно же, но материнская забота сильнее усталости, и благодаря этому мир живет и будет жить.

Recommended Posts

Напишите текст комментария

*